Ступень 18. Ничего не значащий, раскачивающийся мир Чернока

Устал писать про бедного Чернока? Тошнит от всего?

Тогда воспользуйся услугами Службы Самозабвения! Вот тебе полный список — выбери себе по душе: древние инстинкты, машина смеха, транквилизаторы.

Где-то я потерял свой запретный бред. «У нас тут забот полон рот. А ты где-то шляешься.» Написал, прочитал.

Всё что-то да должно значить? Ты вечно занимаешь себя поисками смысла там, где его нет, но не только? В театре теней старого шизоидного шимпанзе номер три; в паутине из бессвязных обрывков тех мыслей, что негромко словоточат сами по себе, когда ты перестаёшь жевать; в неблизких горных массивах, в последнем трамвае, в осколке китайского сувенира, в той розовой щели.

Тогда, например, ответь: из чего складывается теорема сущностей? Или: как повернуть назад (шиворот-навыворот не подходит)?

А мы, между делом, ещё вернёмся к ней в будущем.

Знаки. Знаки больше тебе не нужны. Да ты особо и не обращаешь на них внимания, а? Возьми себе новые, запретные знаки. Нет, это слишком просто, это как писать музыку — можно быть даже умственно неполноценным, кретином. Но с нас достаточно умственно неполноценных. В знании, говорят, сила. И сила знаков в знании, кроющемся в них. И мы — не те слабаки, поэтому дай под зад укрывающим его. Или их.

Привет, читатель. Я запускаю в твой мозг вирус, я проникаю в твой разум своими когтями.

Всё наоборот.

Ещё мгновение назад ты был одним, ты был другим, и сейчас ты тоже изменяешься, там в подсознании. Так называемом «подсознании» или так называемо «существующем» подсознании. Изменения проходят на его глубинном уровне, затрагивают основополагающие стадии развития твоей психики и, естественно при этом, память. Одна логическая связь вроде теперь отсутствует, НЕКОТОРЫЕ взаимосвязи были заменены другими, поэтому часть конструкта, точнее части, находится сейчас в неустойчивом состоянии.

А ты перестань изменяться. Попробуй перестань. Например, закрой и положь. Попробуй не думать об изменении.

Это вроде как «твоя мама купила торт». Помнишь? Торт съели, и вроде как ничего и не было. Правильно. Потому, что торт здесь ни при чём. Ты попробуй торт. Правильно.

Неправильно то, в каком ключе я думаю о твоей матери.

То есть для тебя неправильно. А для меня в порядке вещей. И нечего шляться где попало. И нечего пытаться угадать, что я о ней думаю, потому что это невозможно.

Ну.

И вся неправильность, быть может, только на словах. Вирус продолжает развиваться, я думаю.

Отметь, заметив, те маленькие странности в окружающем мире. Но сначала давай разберёмся с основными законами, которым он подчиняется. Хотя, может, сам разберёшься, а то мне уже надоело? Лучше помоги мне найти мой запретный бред.

Прости. Я не должен просить тебя об этом, ты ж болен этим новым вирусом.

Отталкивающе? На самом деле, уже нет. Хотя, он ведь действительно противился заражению, твой разум. Лучше б ты вообще пропустил эту ступень, хоть бы даже частично.

Но у нас есть план, ведь так? Хех. Не совсем план, но поверь мне, действие вируса можно почти полностью нейтрализовать, за исключением тех необратимых последствий, что уже наступили.

Сейчас будь внимательней, насколько можешь. Ты должен сделать выбор из: а) акулы, б) бактерии и в) улыбки; выбрать можешь только одну. Затем представь себе бактерию и запомни в точности, как она выглядит. Остальные умрут, но нам наплевать на улыбающихся бактерий и бактерицидных акул. Теперь, если перед сном ты сможешь вспомнить, как она выглядела, та бактерия, то половина собаки съедена. Остальное должно произойти само по себе во сне. «Ясно? Повтори.» Так гласит инструкция.

И в девяносто девяти с хвостиком процентах случаев я в глаза не видел твоей мамы.

Чернок зевнул. (Чернок сделал слабую, неубедительную попытку зевнуть.)

Может, поговорим о той, якобы отсутствующей, логической связи?