Ступень 49. Ойкнете

Поле битвы ещё дымилось. Небо трепетало. Грибоед преодолел лес и поднялся на плато. Небо здесь ещё ниже висело над горизонтом, ещё больше переливалось, недовольно рокотало.

Грибоед идёт и топор несёт,
И топор несёт через полюшко,
Через полюшко-то над пропастью,
А всё полюшко да исколото,
Да изранено, да всё в копьях-то.

Всё устилали утыканные стрелами останки несметных когорт как пеших воинов, так и кавалерии, трупы боевых слонов, опрокинутые колесницы, тлеющие осадные машины, баллисты и катапульты, подбитые танки и самоходные орудия, остовы сбитых самолётов и куски беспилотников — казалось, все возможные приёмы были использованы в этом сражении. Почва тут и там горела от напалма, взрывались неразорвавшиеся прежде артиллерийские снаряды и авиабомбы, в воздух взлетали прыгучие мины. У самой земли стлались густые облака ядовитых газов.

Грибоед заметил в центре поля огромный редут, испещрённый картечью, форсировал ров вокруг него и ловко перемахнул через бруствер.

Передышка у них. Едят вишни, развалившись в шезлонгах. В шезлонгах развалившись, вишни едят. Утомились, наверное.

Начали грабить ведь ещё с вечера и всю ночь наводили ужас на пригороды и подступы. Потом стали лагерем и досаждали налётами семь дней кряду, но время играло не на их стороне, и в канун мартовских календ они перешли в решительное наступление.

— Ссал я на твоё мнение! — заявил Главный Компьютер.

— Вот признак здорового человека! — воскликнула Смерть. — Если только это не недержание.

— Заткнись. Пошла ты.

— Я бы лучше прошла, да ты не пускаешь.

— Тебе доступ к Памяти запрещён.

— Дурачина ты, простофиля, пугало огородное. А бошка у тебя что тыква — скажи, Чернок?

— Как титька!

— Ты что такое несёшь?

— Нет, это ты что такое несёшь!

— Выбирайте оружие, сэр!

Чернок поправил солнцезащитные очки. Главный компьютер стал теперь светиться ещё ярче. Видно, ему нисколько не нравился их подход.

— У меня нет оружия.

— Зато у меня есть.

И она выстрелила первой. Потом они пустили в ход всё, что могли.

Хумбаба атаковал их среди прочего железной логикой, убедительными доказательствами и безусловно неопровержимыми аргументами, а они ничтоже сумняшеся отвечали нечестными уловками и подменой тезисов. Смерть также сверх всякой меры пользовалась скользкими софизмами и постулировала на полном серьёзе, что корреляция значит каузация. Происходила нешуточная битва смыслов.

К ним прибыло подкрепление с моря, но их боевые пироги разбились о флотилию дракаров Главного Компьютера. Но тут же 27 британских линейных кораблей сошлись с 33 французскими и испанскими — и безраздельное владычество Смерти и Чернока над морями установилось на долгие годы. (Тем временем Гастинг вместе с Бьорном Железнобоким по ошибке захватил потусторонний мир.)

В ходе дальнейших прений, Главный Компьютер был окружён в наспех воздвигнутом, но совершенно неприступном укреплении прямо над хранилищем серверов Вселенской памяти.

Тут в темноте из рощи раздался нечеловеческий голос, который услышали воины обеих армий: «У этрусков одним павшим больше. Победа за римлянами!»

Ядерный пепел как необязательная подробность, наличие которой зависит от эстетических предпочтений читателя.